Человек на все времена

24 feb 2008 | Источник: SunHome

РАМАКРИШНА ПАРАМАХАМСА (ГАДАДХАР ЧАТТЕРДЖИ. 1836-1886) — выдающийся религиозный мыслитель и проповедник. С детских лет благодаря постоянному общению с проходившими через его деревню паломниками он познакомился «с голоса» с литературными и философскими традициями Индии. Рассказы бродячих аскетов о хождениях по святым местам, о видениях и чудесах, легенды и мифы Индуизма причудливо переплетались в сознании мальчика и распаляли его воображение. Чрезвычайно чуткий, пытливый и вдумчивый, он рано начинает проявлять духовную самостоятельность. Так, еще в 8-летнем возрасте он впервые идет на конфликт с ортодоксами, сознательно нарушив освященный временем обычай — во время церемонии инициации, несмотря на протесты жрецов и родственников, он принял пищу из рук ритуально «нечистой» женщины-шудры. Религия постепенно становилась единственным смыслом его существования, все решительнее оттесняя игры с товарищами, лепку и рисование, школьные занятия.

В 19 лет Рамакришна стал жрецом нового храма богини Кали в Дакшинесваре, маленькой деревне на берегу Ганга в 4 милях от Калькутты. Верующих привлекали в нем прежде всего глубокая искренность, вера и немеханическое произнесение священных мантр и заклинаний. Но мало-помалу отличие Рамакришны от других жрецов становилось все более разительным. Он начал пренебрегать своими формальными обязанностями — то уходил в мрачный лес около храма (бывшее площадка для кремаций) и всю ночь молился там, призывая Кали, то плакал в храме перед статуей богини как ребенок, оторванный от матери. Многие сочувствовали ему, думая, что он действительно осиротел, другие подозревали, что он потерял рассудок. Юродивый, блаженный, он одновременно и подкупал детской чистотой своей веры и отталкивал странностями своего поведения и устремлений. Воспламененный желанием лицезреть богиню, Рамакришна почти перестал есть, лишился сна, утратил интерес к окружающему. В отчаянии он был готов покончить с собой, когда в состоянии острого психического возбуждения увидел Кали и впал в глубокий транс.

Трансы Рамакришны, еще требующие научного объяснения, сопровождали его всю жизнь и производили огромное впечатление на всех общавшихся с ним — в равной степени на средневековых по своему сознанию пилигримов и на общественных деятелей новой Индии, получивших европейское образование. Помногу раз в день он полностью отключался от внешнего мира, при этом тело его застывало, глаза становились неподвижными и стекленели, дыхание прерывалось. По уверениям его учеников, самый долгий такой транс продолжался почти шесть месяцев, когда жизнь едва теплилась в нем, и служители храма насильно вливали ему в рот немного жидкости. Интересно, что Рамакришну неоднократно наблюдали ведущие психиатры Калькутты, однако неизменно признавали нормальным, хотя и склонным к непомерной религиозной экзальтации.

В течение многих лет Рамакришна буквально сжигал себя, постоянно экспериментируя и постепенно осваивая все виды религиозной практики, все мистические учения, все формы поклонения божеству. Он поочередно становился то тантриком, то аскетом, то ведантистом, постигая на личном опыте весь спектр школ, сект и толков Индуизма и через скрупулезное выполнение всех их предписаний выходил на их сокровенный смысл. Позднее, в зрелые годы, он «пропустил» через себя и другие религии, соблюдая обычаи и предписания ислама и христианства. Авторитет его в религиозных кругах был к этому времени настолько высок, что специально прибывшие в Дакшинесвар духовные наставники различных сект торжественно провозгласили его инкарнацией Бога.

Бурный период познания закончился тяжелой болезнью. Оправившись от нее, Рамакришна совершил паломничество по святым для индусов местам, посетил родную деревню и вновь вернулся в Калькутту. Он очень изменился. Теперь это был внешне вполне нормальный человек, и только одна страсть владела им — желание иметь учеников. Сам он позднее вспоминал об этом: «Когда во время вечерней службы храм наполнялся звоном колокольчиков и музыкой раковин, я всходил на крышу дома, стоявшего в саду, и там… плакал и звал громким голосом — Мальчики мои, где же вы? Я не могу жить без вас! Так мать не ждет сына, друг не ждет друга, любовник возлюбленную, как ждал их я». И ученики появились. Это в большинстве своем были люди из состоятельных буржуазных семей, почти все активные члены реформаторского общества Брахмо Самадж, которых привлекли статьи о Рамакришне, опубликованные в бенгальских газетах. Характерно, однако, что самым первым его учеником стал неграмотный слуга Лату, неприкасаемый. А рядом с ним, у ног учителя смиренно сидел тот гениальный юноша, который вошел в историю под именем Свами Вивекананда, и которому суждено было познакомить весь мир с учением дакшинесварского жреца. Последние годы жизни Рамакришна провел в неустанной проповеднической деятельности. Из-за частого