Три года - критический возраст для сироты

28 jun 2007 | Источник: miloserdie

Вот уже четыре года Саратовском телеканале НСТ выходит в эфир передача «Где ты, мама?». В заставке этой передачи звонкий мальчишеский голос поет песенку про маму, а в сюжетах показывают детей из Саратовского Дома ребенка, которые очень хотят, чтобы у них появились родители. Только благодаря этой программе за четыре года было усыновлено около 200 детей. Передача «Где ты, мама?» стала дипломантом премии «Тэффи-регион – 2002».

Воспитательница держит за ручку глазастого малыша: «Знакомьтесь, это Дима, ему полтора года». Диму мама оставила в родильном доме и сбежала. До этого она уже подкидывала детей на порог Дома ребенка – сначала дочку, потом сына. Дети от разных отцов и сейчас живут в разных детских домах. Не все отказники поступают из больниц, некоторых забирали из семей. У таких детей бывают особые проблемы – они меньше доверяют людям, у многих различные приобретенные заболевания.

Детишки, которых показывают в передаче, уже немного отогрелись в Доме ребенка. Воспитатели знают о своих подопечных все – кто активный, а кто наоборот – грустный, кто любит собирать пирамидку, а кто – кататься с горки во дворе, кто капризничает, а кто любит пошалить. Многие крохи с удовольствием позируют перед камерой.

«Остановите у Дома ребенка», – прошу я водителя маршрутки. «А где у нас Дом ребенка?» – удивляется он. А вот он – длинное двухэтажное здание, маленькие жильцы которого каждый день гуляют с воспитателями на детской площадке. Дом ребенка в Саратове всего один.

Именно здесь, в Саратовском Доме ребенка, с 2001 года задолго до официальной кампании начала свою работу акция «Ищу маму», инициативу сотрудников дома ребенка поддержали журналисты газеты «Репортер» и «КП Саратов», потом присоединилось и телевидение.

Светлана Берко, социальный педагог Саратовского Дома Ребенка: «Я здесь работаю уже 11 лет. У меня в основном бумажная работа – зарегистрировать в ЗАГСе, маму найти. Заходишь в группу – они сразу к тебе руки тянут, хочется сразу всех взять… До этого я в школе работала, учителем начальных классов.

Сейчас, прямо перед вами приезжала женщина. Они с мужем несколько лет назад взяли двоих ребятишек. Сейчас она за справкой приезжала, привозила фотографии. Они детям рассказали об усыновлении. Говорят, так лучше. У их соседей взрослый ребенок, узнав, что он приемный, убежал из дому.

Наша акция началась в 2001 году, до нее народ и не знал, что такое учреждение есть под боком. И вот с 2001 года в газетах стали появляться детские истории. Потом появилась передача. На телевидении, оказывается, тоже давно эту идею вынашивали, им отказывали везде, как и нам. Люди, которые делают передачу, раньше занимались рекламой. Они случайно узнали, что в Саратове есть Дом ребенка, пришли к нам знакомиться, привезли погремушки. Потом стали делать передачу. Знаете, мальчика, который в заставке поет песню, усыновили. Мы за него все переживали.

Откуда дети? Отказники, брошенные. Раньше поступали из роддомов, сейчас из больниц. Самые маленькие – двухмесячные. У нас дети самых разных национальностей – русские, казахи, азербайджанцы, армяне, татары… Их мамы часто сбегают из роддома, не оформив отказ. Находим через милицию. Лишаем родительских прав. Сейчас стало больше наркоманов, ВИЧ-положительных. Детей наркоманов и алкоголиков обычно видно. Как правило, их переводят в специальные учреждения.

– Усыновляют только здоровых детей?
– Нет, я знаю, в Марксе усыновили даже ребенка с ДЦП. Одну нашу девочку женщина увидела в больнице (она там со своим ребенком лежала) и решила забрать, ее даже не смутило, что ребенок больной, всю жизнь придется сидеть на диете. У детей, которых из семей берут, часто бывают проблемы с желудком – родители не кормят, или кормят плохо. Одна девочка у нас из жила до 4х лет, ее мама не кормила, были проблемы с пищеводом, ей делали шунтирование.

Светлана Геннадьевна показывает альбом с фотографиями:
Вот – Сережа, у него уже шансов не было… Больших неохотно берут, а ему уже за три было («за три» Светлана Геннадьевна произнесла с таким выражением, с каким обычно говорят про женщину «за тридцать» - авт.), пора было в детский дом переводить, но о нем написали в газете и его усыновили. Три года – для нас это уже критический возраст, все малышей хотят, очередь стоит на младенцев.

Это фото с крещения. У нас всех детей обязательно крестят, возят в храм, или к нам приходит священник. Ходят к нам и добровольцы (в т.ч. – из Саратовского епархиального учебного центра сестер милосердия во имя преподобномученицы Великой Княгини Елизаветы Федоровны – авт.), гуляют с детьми, помогают делать уборку.

Вот от этого мальчика мама отказалась в роддоме, а потом посмотрела телевизор, увидела, что ребенок на нее похож, устроилась на работу, оформила документы, забрала обратно. Мама молодая была, 17 лет. Часто звонят родственники – увидели знакомое лицо по телевизору, или фото в газете, оформляют опеку.

– Маленькие ждут маму?
– Конечно, ждут. Особенно те, кто постарше. Они видят, что приходят люди и выбирают детей, и все ждут маму. Слова «папа» они не знают, мужчин у нас почти нет. Хотя, был случай, когда папа один усыновил ребенка… У него, как я поняла, жена и ребенок разбились в аварии. К нам приходят люди, говорят, что видели ребенка по телевизору, или читали о нем в газете. Я рассказываю все, что я знаю о родителях ребенка, о его семье, доктор рассказывает, чем ребенок болел, а люди уже решают, брать ли его в семью. Если кто-то сомневается, разрешаем делать независимое обследование, приводить своих врачей Бывает, что отказываются. По телевизору увидели – понравился, а вблизи – не очень.

– Кто усыновляет детей?
– Обычно бездетные пары. Но есть те, у кого свои дети уже выросли. Воспитывают вместе с внуками. Братьев и сестер мы никогда не разлучаем. Они знают, что у них есть брат, или сестра. Вот сейчас у нас есть один, мы его в группу к брату водим. Бывает, семье понравился ребенок, у которого есть брат или сестра, и тогда забирают обоих.

Раньше в детский дом мы переводили по 10-15 детей, а в этом году перевели одного и в прошлом тоже одного, это из 60 детей. Последние три месяца мы сюжетов уже не снимаем. Детей, которые у нас сейчас у нас сейчас, всех заберут в семьи, уже оформляют документы.

– Закрываться будете?
– Нет. Нам из больниц все время звонят. Отказываться-то меньше не стали.

Тэги: сироты три возраст года критический